Ai no Kusabi, Рики и Ясон, пафосЪ.Когда монгрел в очередной раз из последних сил плюет в его сторону, Ясон только улыбается, и улыбка эта нисколько не отражается в его почти прозрачных голубых глазах. Мертвых, рыбьих.
- Я заставлю тебя расслабиться и полюбить меня, - говорит он. Голос мог бы показаться ласковым, не будь вид Ясона настолько безжизненным: в его лице нет и намека на то, что он получает удовольствие. По Ясону нельзя даже сказать, что ему скучно; лицо его напоминает лицо плохой куклы. Куклы без выражения.
Обычно он не разговаривает с Рики. Исключение – короткие приказы или чуть более пространные замечания о выполнении приказов. Эта фраза – чуть ли первое его проявление интереса к своему пету.
Рики ухмыляется в ответ, в глазах его горит все тот же огонь, за который Рики так уважали в Церере. За который его до сих пор помнят.
- Ты сам-то понял, что сказал? – выплевывает он. – Заставить – меня?
Ясон все так же улыбается. У него в ногах корчится от боли и похоти само воплощение непокорности; он же – изваяние презрения и надменности. Они оба глупы и глухи.
Они оба не понимают тяжести тех оков, что уже связали их.